Проповедь отца Алексия Гомонова в Клубе во имя святых Петра и Февронии 09.02.2020
«Во имя Отца и Сына и Святого Духа.
Супружеское счастье, покровителями которого являются Петр и Феврония – это многосложное дело. Мы даже не представляем на сколько оно сложное, хотя представляем, когда мы молимся и ничего не получаем, представляем. Чего-то здесь Господь не идет на встречу, не идет, потому что Он видит, сколь мы не готовы к этому трудному делу – супружескому счастью.
Несчастных хватает, разводы, разводы, разводы, драмы, драмы, драмы в семьях. И многие-многие, которые не достигли этого счастья, что-то их подсекло, обо что-то они сподкнулись, что-то не удержали, где-то друг-друга не поняли и не разглядели, вообщем не сложилось.
Очень мало ребят, мужчин, которые сохранили целомудрие. Очень мало девушек, которые также сохранили целомудрие. А те, которые имели опыт общения полов, я говорю открытым текстом, те имеют шанс не получить счастья вообще или чтобы оно было кратковременно.
Но вот надо понимать, что мало встретить свою половинку, мало разглядеть, мало сделать хороший старт - повенчаться. Нужно чтобы - еще не развестись, нужно чтобы - брак был полон жизни, а не горя. Нужно чтобы были дети, и чтобы дети были здоровы и счастливы каким-то образом в этой атмосфере непослушания, ожесточения, ранней испорченности. Испорченность выражается в грубости, непокорности. В этой агрессивной атмосфере, надо чтобы дети еще были достойными наших ожиданий, чтобы были не позором нашего рода. Здесь много-много чего должно случиться, и должно не случиться, чтобы семья была полная, и чтобы не распалась и чтобы жизнь такой семьи была наполнена счастьем. Очень много здесь требуется всего. Поэтому нам только кажется, что главное – это встретить половинку, ничуть не стало, еще удержать, еще иметь детей - здоровых, счастливых, послушных. Еще чтобы дожить, довольствуясь друг другом. Одной женщиной, одним мужчиной. Довольствовались, это как это? Как это? Считать себя счастливым?
Вот представьте – лето, Москва. Люди еле одеты, я имею в виду женский пол, ну жара, понимаете, жара и носить нечего. Надели на себя чуть прикрывающее что-то. А может и не жара, а может просто, я красивая и смелая. Хочу заявить о себе, ну чтобы обратили внимание, в конце-то концов, я хочу женского, нет супружеского, нет женско-супружеского счастья. Я должна показать себя как товар - лицом, нет спиной, нет боком, нет, лучше - со всех сторон.
И представьте себе - нормальный, нормальный мужчина, парень, москвич - поженился. Девушка у него хорошая, ласковая и уже прошли период очень сложный, самый сложный, первый период притирки. Ну там несколько лет прожили, уже ребенок народился долгожданный, все. Она, конечно, пила чай с молоком, чтобы ребенку хватало материнского питания. Она, конечно, перестала ходить в фитнес, если ходила. Она, конечно, стала очень мамистая такая вся, был пирожок, а стала ватрушка. Она стала такая домашняя, домовитая. От нее пахнет булками. Дом просто - райское гнездо. Здесь и материнство, здесь и супружество, здесь и все.
А тут грянуло - лето в Москве. Раскрепощенные девушки, женщины ходят в Москве. Ездят, заявляют о себе. Что сделать простому мужчине? Ну как оставаться довольным этим домашним раем? Ты из дома вышел – а там другое. Прости меня Господи, рай обычный. И сразу чувствуешь, что ты живой. Сразу чувствуешь - что силы в тебе выше крыши, ну вообщем, ты еще не пенсионер по состоянию здоровья. И, как тут реагировать? Я живой, они тоже живые, перемещаются слева направо, сверху вниз. И… но невозможно. Решил отдохнуть, включил телевизор, включил компьютер. А мир еще шире стал, еще более распахнулся. Здесь уже звезды, здесь уже отточенность линий, форм, здесь уже профессионализм в движениях. Держите меня, я обычный мужчина, я не засушенный, я не слепой, я живой. Очень трудно довольствоваться хорошей женой, когда дом - полная чаша – одной женщиной на всю жизнь. Трудно. Может даже и невозможно. Тем более, если на тебя раз и два посмотрят влажные глаза. Если вздохнут, попросят помощи, у меня че-то не решается, что-то не складывается, помоги решить, сложить. Подсел, сложил, оказал помощь. Домой идешь задумчивый. Кто в твою жизнь въехала, но еще не разбила, но уже въехала, во всяком случае пахнуло. Ну, понятно о чем речь…
А ведь хочется полноты счастья. А ведь жизнь то здесь одна, а там, там, ну туда я еще не буду спешить, там другая, там – за облаками. А здесь то одна.
Им можно, а мне нельзя. О чем речь отец Алексей, короче. Речь о том, что ходим-ходим, молимся-молимся и ничего все мимо-мимо-мимо, это потому что у нас везде протечка, везде по всем статьям. И не видим, и правильно не можем оценить. А увидев - не можем правильно начать организовывать семейную супружескую жизнь, не с того конца начинаем. А начав, не можем продолжить правильно. И как-то все эти новые формы жизни, не только в мегаполисе, но и на селе. А какие-то эти все динамики и какие-то все неожиданности, они не вписываются ни в какие рамки 19 века даже начала 20-го.
О чем речь? О том, что это реальный пример, реальных людей.
Парень решил завязать. Все - буду не нормальный христианин, а настоящий христианин. Завяжу себя узлом, и завязал, завязал!
- Батюшка, будьте ко мне по строже.
- Я говорю, хорошо.
- Батюшка, я хочу - настоящего семейного счастья. Я готов и обеспечить семью. Я готов, хочу быть счастливым, иметь много детей. Я хочу одной жены на всю жизнь. Но трудно мне быть верным. Помогите мне. Батюшка - помолитесь, чтобы Бог дал мне счастье.
Это значит - безошибочное счастье, это значит - счастье настоящее, полновесное. У Бога все: не меры, не веса, а сверхмеры, сверхвеса. Бог если что-то дает, то прям сгружает, сгружает, сгружает, держи только. Как те сети, которые поймали в безрыбных водах, рвались от множества пойманных рыб. Вот так вот Господь награждает. Потому и узнается, что если уж больно много получили - это неслучайно, это Бог дал. А Бог – это щедрость неимоверная. Если уж одарил, то одарил, аж рессоры прогибаются от тяжести дара. Это так.
- Батюшка говорит, хорошо. Тебе недостает какой-то твердости внутри. Ты обычный парень, ты и там и там. Стремился получить радость жизни. Ты нормальный, как все. Да, христианин, все. Но, тебе нужно заделать все щели, все протечки. И тогда Бог наградит.
И забросил всякую расхлябанность, забросил всякую леность и не позволил себе больше ни- ни-ни, ни с кем, ни с кем, ничего, ничего, ни как, ни как, даже виртуально. Компьютеры, телефоны, смартфоны, ничего, ничего позорного, оскорбляющего Бога, веру нашу. Оскверняющего душу, делающего человека через это недостойным прочного супружеского счастья.
Батюшка говорит: давай с тобой класть поклоны, я буду класть, поклоны счастья, и ты будешь класть. А я буду класть для того, что если тебе лень будет класть или однажды скажешь, какой толк, все-равно пока не получаю. А ты будешь знать, что отец Алексей кладет поклоны и тебе будет стыдно, что он кладет, тебе это нужно, а ты вдруг сегодня и завтра решаешь отставить в сторону, а может быть есть задняя мысль и навсегда бросить опять все эти подвиги. Вон живут люди без поклонов.
И вот мы с ним кладем поклоны, вот-вот с молитвой: «Господи помилуй. Господи помоги с супружеским счастьем. Господи дай все необходимое. Господи укрепи, избави, открой, что не так».
Человек поедет в монастырь, на Афон, допустим. На Святую Землю, в Иерусалим съездит в паломничество. Укрепится там. Пообщается с монахами, поисповедуется, попричащается. Съездит на Валаам, съездит в Лавру, съездит в источник. Он начал новую жизнь. Бизнес-бизнесом, работа-работой, первым делом - христианство, ну а девушки – потом. Ну, а девушка – потом.
Оказывается, есть девушки. Мне они об этом докладывают. Они молятся о супружеском счастье тоже, молятся. Хорошие такие, хорошие. Но, у них нет боевого раскраса. Они из далека - не видны. Они ни кому дорогу не перебегали. "Красивая и смелая дорогу перешла" – из песни. Нет, они не из песни. Это хорошая, хорошая такая, но она какая-то стеснительная такая, она настоящая! И духовник есть. Вот только парни не находят.
А парни-то есть. Но им надо законопатить дыры, им нужно просушить себя, очистить. Им нужно стать витязями духа. На которых бы призрел Господь и сказал: вот теперь тебя люблю Я, получай.
А потом он скажет:
- Да где же ты была до сих пор? Почему я тебя не видел? Где же ты была?
- Здесь, на соседней улице, в соседнем храме.
- А что ж к нам-то не ходила?
- Да, стеснялась … У вас там столько девушек…столько ребят…Стеснялась че-то как. Духовник не очень благословлял так уж целенаправленно туда ходить в эти места общения с молодежью.
Но вот настал час. Господь призрел на юношу. Который выгладил себя, высушил, от всякой плесени избавился под руководством духовника. Молится, молится, кладут поклоны. Он уже, он уже … как-то раньше он не мог проходить мимо красивых и смелых? А сейчас, как-то поостыл, нет, молодость осталась, точнее - зрелость, активный в работе, активный в богослужениях. В общем, делает то, что должен делать каждый порядочный – хранить свои глаза, хранить свое сердце, хранить себя от всякия скверны, чтобы быть достойным большого дара. А большой дар – это он же и редкий. Это супружеское счастье - на всю жизнь с одной, действительно счастье с одной, чтобы не было, чтобы не было, не был этот брак тюрьмой. Как некоторые говорят: "Венчаться-то надо, понимаю. Но как с одной на всю жизнь?" А там даже такое счастье Господь устроил. Что парень изменился, он теперь даже позволить себе не может отступить в сторону от этой своей… Откуда ты взялась? Вот от нее не может отступить, потому что ему и не хочется. И будет она ему рожать. А он будет радостный приходить встречать всех, ребятню. Да, будут на работе всякие нестабильности, да, будут дети болеть. Да будет много испытаний всяких, там агрессоры, там вылазки какие-то, происки врагов зарубежных, из-за бугра. А у него нормальное, человеческое счастье.
Но, это сейчас настолько невозможно, потому что дай это счастье большинству из нас - мы не справимся. Мы как та шлюпка, у которой течи, она только посмеет от берега отплыть в плавание, приняв пассажиров: он и она, и начинает течь, течь, и у берега тонет. Заделаешь? Поставь задачу многотрудную. Бог, батюшка тебе поможет. Наведи порядок в отношениях с Богом. Он давно уже мечтал, чтобы ты навел, чтобы все навели порядок. И не горюй, что не сохранил целомудрие. Бог мертвых воскрешает. Но счастье у Бога - оно огромное, и для некоторых, к сожалению, для большинства непосильное, непосильное.
Это как в храме с непривычки до того тяжело, ну такая длинная проповедь, ну такая длинная служба, ну такая скученность народа. Ну, выскочил на улицу, отдышался - как хорошо. А чё хорошо, выхлопные газы, смог первопрестольной, мегаполиса? От чего ты еле отдышался? Благодати храма? Здесь нормальные люди, нормальные христиане должны чувствовать себя нормально. Потому что здесь Царство Божие на земле. А может быть – как будто Царство Божие? Нет, здесь благодать та же, что в Царстве Божием. Только там, потому что она здесь нас здесь давит и вынуждает нас хоть под выхлопной трубой отдышаться, выскочив на улицу. Там в Царстве Божием на небесах еще больше этого к чему мы не привыкли, что мы не удерживаем. К чему надо привыкнуть, что надо удержать. Благодать Святого Духа – это главный дар Божий.
Вот - как строится человеческое счастье.
Получается - хотел без православия, хотел просто походить "на Петра и Февронию" и стать счастливым. Годами хожу и не получается, без Бога, без православия, без полноты исполнения Божественных законов, без усилий над собой. Чтобы просушиться, законопатить все щели в душе, как в той лодке и получишь недотрогу хорошую, хорошую, о которой давно мечтаешь. Да, она может быть и совершила в своей жизни тоже и уже нельзя ее назвать недотрогой. Но она тоже проходит путь сушки, ремонта, не косметического, а серьезного капитального ремонта, чтобы стать тоже счастливой. Конечно, недотрогой для одного хранящего себя. Аминь».
Спаси Господи Вячеслава С. и Наталью З. за запись и расшифровку проповеди.
